самое. Кенелм, будь внимателен и выслушай меня: какими бы мы ни были, деятельными или ленивыми, разве не верно и не справедливо мое любимое изречение: "хороший человек приносит пользу уже тем, что живет на свете"? Однако для этого ему необходимо быть аккордом, а не диссонансом.. Его часто видят бродящим по холмам или по улицам нового города, не с равнодушным или рассеянным выражением лица, которое характеризует ученых, а с наблюдательным и проницательным взором, который проникает, по-видимому, в сердца прохожих. -- Сколько этого веселья, угощений всяких, -- бывало, на четвертый день в голове шумит. Он, может быть, купит твою землю. - Творец, - промолвил Кенелм, - одарил вселенную языком, но немногие сердца могут понять его. - И никто не сделал того, что ты. Первое - place aux dames {Предоставим место дамам (фр. Я пришел пешком, один, охраняемый всемогущим видением. Он старался говорить спокойно и даже нарочно хотел не возбуждать спора, но, пока говорил, вдруг почувствовал знакомое, тяжкое раздражение. Кроме того, если я пойду с вами, то могу погубить вас всех. А решительное объяснение должно было последовать. - Я встретила там Васю. Вы принимаете дружеское участие в судьбе Уила Сомерса, я - также.. есть? - сжимая ей пальцы, говорил Ланде. "Милый, зачем! Это жестоко!" с укором сказало это прикосновение. Ежедневно приезжали какие-то уполномоченные, ревизоры всяких рангов, катавшиеся по фронту и чувствовавшие себя начальством, которому по положению присвоен почёт и подобострастное уважение с отданием чести. Я согласен, что уединенные прогулки в прекрасную погоду, среди меняющегося ландшафта могут доставить некоторое удовольствие. Нина вздрогнула и пошла скорее... Как только кончились танцы, все дети опять столпились около Лили. Может быть, в последний раз смотрю не него. От него можно было услышать странные, неожиданные вещи, которые вызывали улыбку. - Синьора, - отвечал паж, - я был еще ребенком, когда вы приняли меня к себе на службу, и теперь я еще слишком молод.. И это необъяснимое блаженное чувство слияния со всем как бы погружало в эту бесконечность горевших и мерцавших вверху миров. Когда они уходили в дальнюю аллею, бесконечно тонувшую в пустоте и мраке, она услышала, как Ланде говорил: - Человек не тогда будет счастлив, когда заставит уважать свои права, а когда научит любить себя. Направ­ление, в каком его несёт, он осознаёт вполне, но пределов и границ этого, конечно, не знает.. -- Вот то-то и дело-то, -- сказал Митрофан, как будто он был хозяин и терпел от недогад-ливости Тита. Впрочем, нет.. И, позвав кондуктора, велел вынести и его вещи.. Зачем я жил, Ланде? Господи, как страшно, пусто, холодно! Ради Бога, не трогай меня больше!" Холодный ужас повеял в лицо Ланде от этого письма. Вы очень добры, но всякие увеселения не в моем вкусе, и я, пожалуй, буду уже в пути, когда вы отправитесь

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU