одиночества и испугавшись бесцельности своего пути. - Глиндон поручил мне, прекрасная итальянка, - сказал художник, подвигая к ней свое кресло, - усладить твое одиночество. - Припоминаю. - К сожалению, она не из такого сорта. Кончаев торопливо полез наверх и увидел странные сверху плоские крыши вагонов, а за ними убегающие вдаль белые рельсы и синеватый перелесок.. - Вы!. Ланде пошатнулся назад, споткнулся о скамейку и тяжело, безобразно, как-то боком, бессильно повалился через нее, высоко задрав ноги.. На полу был сор, окурки, сметенные с подоконников, брошенный посредине пола веник, и валялась тряпичная кукла с выдернутой ногой. Откуда-то появился солдат с вышибленными, очевидно, прикладом, зубами. - Какая вы нарядная!. Ну, покуда до свидания. . - Нет, она ничего не говорила. Раненый опять закричал.. Но она не смела ему противиться и подчинялась покорно и робко. - Я не могу сказать этого даже и вам. Ты, которому я обязан жизнями, более драгоценными, чем моя, ты обязан повиноваться душе, более могущественной, чем твоя злоба. Ну-ка, господи благослови, как бы не поперхнуться. -- Я даже послужил в некотором роде соединительным звеном,-- сказал усатый военный, несколько выгибая спину и забирая в руку правый ус. -- Верно, верно! -- сказали голоса. - Великий трибун, - сказал он с легкой усмешкой, - прикажите повременить, пока еще не слишком поздно. Дальние заглядывали через плечи передних, чтобы увидеть, что произошло. - Почему же?. - Однако же, многие из нобилей боятся этого самого Риенцо, - сказал Адриан серьезно. - спросил Вяхирев, которому было приятно идти вдвоем с молодой красивой девушкой по ярким и пустынным улицам, залитым лунным светом. - Семьсот! - негромко сказал Мижуев, и его угрюмое лицо исказилось темным выражением вырвавшейся на волю жестокости и власти. Его скрипка была старшая из его детей. И оставшись наконец одна в носилках за воротами Рима, она раскаивалась в отъезде, которому опасность придала вид бегства. Но это было только в первый короткий момент. - Да. У них заговорит совесть. И когда она потянулась, точно смертельно усталая, он пересохшими губами шепнул тем же неверным фальшивым тоном: - Вы устали?.З.. Эта мысль потрясла ее неожиданным восторгом совсем новой надежды. Я многому научился от него и часто спрашиваю себя, помирюсь ли я со своей совестью, осуществив на практике то, чему научился. -- А что?... И что он сейчас делает?. Мижуев с презрительным добродушием подумал, что для такого маленького бедного человека, как Опалов, это и в самом деле счастье, и даже нечто похожее на зависть шевельнулось в нем. Холодное и тоскливое ощущение пустоты и бессилия охватило его. Пастор славился искусством приготовлять пунш. Это изречение, хоть и было повторением чужих слов (Александра I в войну с Наполеоном), влило новую струю подъёма и вызвало

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU